На трагедию гр. Хвостова, изданную с портретом колосовой

Подобный жребий для поэта

И длякрасавицы готов:

Стихи отводят от портрета,

Портрет отводит от стихов.

* * *

От многоречия отрекшись добровольно,

В собраньи полном слов не вижу пользы я:

Для счастия души, поверьте мне, друзья,

Иль слишком мало всех, иль одного довольно.

* * *

Нет ни в чем вам благодати,

С счастием у вас разлад:

И прекрасны вы не к стати.

И умны вы не в попад.

* * *

О муза пламенной сатиры!

Приди на мой призывный клич!

Не нужно мне гремящей лиры,

Вручи мне Ювеналов бич!

Не подражателям холодным,

Не переводчикам голодным,

Не безответным рифмачам

Готовлю язвы эпиграм!

Мир вам, несчастные поэты,

Мир вам, журнальные клевреты,

Мир вам, смиренные глупцы!

А вы, ребята подлецы, —

Вперед! Всю вашу сволочь буду

Я мучить казнию стыда!

Но, если же кого забуду,

Прошу напомнить, господа!

О, сколько лиц бесстыдно-бледных,

О, сколько лбов широко-медных

Готовы от меня принять

Неизгладимую печать!

Воспитанный под барабаном,

Наш царь лихим был капитаном:

Под Австерлицем он бежал,

В двенадцатом году дрожал,

Зато был фрунтовой профессор!

Но фрунт герою надоел —

Теперь коллежский он асессор

По части иностранных дел!

Дружба

Что дружба? Легкий пыл похмелья,

Обиды вольный разговор,

Обмен тщеславия, безделья

Иль покровительства позор.

Стихотворения 1825 г

Сожженное письмо

Прощай, письмо любви! прощай: она велела.

Как долго медлил я! как долго не хотела

Рука предать огню все радости мои!..

Но полно, час настал. Гори, письмо любви.

Готов я; ничему душа моя не внемлет.

Уж пламя жадное листы твои приемлет…

Минуту!.. вспыхнули! пылают – легкой дым

Виясь теряется с молением моим.

Уж перстня верного утратя впечатленье,

Растопленный сургуч кипит… О провиденье!

Свершилось! Темные свернулися листы;

На легком пепле их заветные черты

Белеют… Грудь моя стеснилась. Пепел милый,

Отрада бедная в судьбе моей унылой,

Останься век со мной на горестной груди…

* * *

Твое соседство нам опасно,

Хоть мило, м б, оно

[Так утверждаю не ]

[И доказать не ].

Твой дом, учтивая беседа

И шутки с желчью пополам

Напоминают [живо] нам

И впрямь Опасного соседа.

Наш друг Фита, Кутейкин в эполетах,

Бормочит нам растянутый псалом:

Поэт Фита, не становись фертом!

Дьячок Фита, ты Ижица в поэтах!

* * *

«Quand au front du convive, au beau sein de Dеlie…»

Quand au front du convive, au beau sein de Délie

La rose éblouissante a terminé sa vie.

Soudain [se détachant] de sa tige natale

Comme un léger soupir sa douce âme s'exhale,

Aux rives [Elysées] ses mânes parfumés

Vont charmer du Lethé les bords inanimés.

Перевод

Когда на челе пирующего, на прекрасной груди Делии

Ослепительная роза кончила жизнь свою

Вдруг [отрываясь] от родного стебля

Как легкий вздох ее нежная душа испаряется,

У берегов [Элизийских] благоуханные тени ее

Зачаруют безжизненные берега Леты.

* * *

Лишь розы увядают,

Амврозией дыша,

[В Эл] улетает

Их [легкая] душа.

И там, где волны сонны

Забвение несут,

Их тени благовонны

Над Летою цветут.

Сказали раз царю, что наконец

Мятежный вождь, Риэго, был удавлен.

"Я очень рад, сказал усердный льстец:

От одного мерзавца мир избавлен".

Все смолкнули, все потупили взор,

Всех рассмешил проворный приговор.

Риэго был пред Фердинандом грешен,

Согласен я. Но он за то повешен.

Пристойно ли, скажите, сгоряча

Ругаться нам над жертвой палача?

Сам государь такого доброхотства

Не захотел улыбкой наградить:

Льстецы, льстецы! старайтесь сохранить

И в подлости осанку благородства.

Приятелям

Враги мои, покамест я ни слова…

И, кажется, мой быстрый гнев угас;

Но из виду не выпускаю вас

И выберу когда-нибудь любого:

Не избежит пронзительных когтей,

Как налечу нежданый, беспощадный.

Так в облаках кружится ястреб жадный

И сторожит индеек и гусей.

I.

"Скажи, какие заклинанья

Имеют над тобою власть?"

– Все хороши: на все призванья

Готов я как бы с неба пасть.

Довольно одного желанья —

Я, как догадливый холоп,

В ладони по-турецки хлоп,

Присвистни, позвони, и мигом

Явлюсь. Что делать – я служу,

Живу, кряхчу под вечным игом,

Как нянька бедная, хожу

За вами – слушаю, гляжу.

II.

– Вот Коцит, вот Ахерон,

Вот горящий Флегетон.

Доктор Фауст, ну смелее,

Там нам будет веселее. —

– Где же мост? – Какой тут мост,

На вот – сядь ко мне на хвост.

– Кто идет? – Солдат.

– Это что? – Парад.

– Вот обер-капрал,

Унтер-генерал.

– Что горит во мгле?

Что кипит в котле?

– Фауст, ха ха ха,

Посмотри – уха,

[Погляди] – цари.

О вари, вари!..

III.

– Сегодня бал у Сатаны —

На имянины мы званы —

[Смотри как эти два бесенка

Усердно жарят поросенка],

А этот бес – как важен он,

Как чинно выметает вон

Опилки, серу, пыль и кости.

– Скажи мне, скоро ль будут гости?

– Так вот детей земных изгнанье?

Какой порядок и молчанье!

Какой огромный сводов ряд,

Но где же грешников варят?

Всё тихо. – Там, гораздо дале.

– Где мы теперь? – В парадной зале.

– Что козырь? – Черви. – Мне ходить.

– Я бью. – Нельзя ли погодить?

– Беру. – Кругом нас обыграла.

– Эй, смерть! Ты право сплутовала.

– Молчи! ты глуп и молоденек.

Уж не тебе меня ловить.

[Ведь] мы играем не денег,

А только б вечность проводить!

– Кто там? – Здорово, господа!

– Зачем пожаловал сюда?

– Привел я гостя. – Ах, создатель!..

– Вот докт. Ф., наш приятель —

– Живой! – Он жив, да наш давно —

Сегодня ль, завтра ль – всё равно.

– Об этом думают двояко;

Обычай требовал однако

Соизволенья моего,

Но впроччем это ничего.

Вы знаете, всегда [я] другу

[Готова] оказать услугу…

Я дамой… – Крой! – Я бью тузом…

– Позвольте, козырь. – Ну, пойдем…

* * *

Я был свидетелем златой твоей весны;

Тогда напрасен ум, искусства не нужны,

И самой красоте семнадцать лет замена.

Но время протекло, настала перемена,

Ты приближаешься к сомнительной поре,

Как меньше [женихов] толпятся на дворе,

И тише звук похвал твой [слух обворожает],

А зеркало сильней грозит и [устрашает].

Что делать утешься и смирись,

От милых прежних прав заране откажись,

Ищи других побед – успехи пред тобою,

Я счастия тебе желаю всей душою,

а опытов моих,

Мой дидактический, благоразумный стих.

Совет

Поверь: когда слепней и комаров

Вокруг тебя летает рой журнальный,

Не рассуждай, не трать учтивых слов,

Не возражай на писк и шум нахальный:

Ни логикой, ни вкусом, милый друг,

Никак нельзя смирить их род упрямый.

Сердиться грех – но замахнись и вдруг

Прихлопни их проворной эпиграмой.

Семейственной любви и нежной дружбы ради

Хвалю тебя, сестра! не спереди, а сзади.

Variantes en l'honneur de m-lle NN.[25]

Почтения, любви и нежной дружбы ради

Хвалю тебя, мой друг, и спереди и сзади.

* * *

Напрасно ахнула Европа,

Не унывайте, не беда!

От п потопа

Спаслась П. З..

Бестужев, твой ковчег на бреге!

Парнасса блещут высоты;

И в благодетельном ковчеге

Спаслись и люди и скоты.


1912667658058208.html
1912725040988497.html
    PR.RU™